В миреВидео

Скончался лауреат премии «Аврора»

Чжо Ла Аун был известен борьбой за права народности рохинджа

На 81-м году жизни скончался  адвокат и правозащитник из Мьянмы, лауреат премии «Аврора» за пробуждение гуманизма 2018 года Чжо Ла Аун. Он был известен борьбой за права народности рохинджа.

«Мы глубоко опечалены кончиной лауреата премии «Аврора» 2018 года, уважаемого юриста Чжо Ла Ауна, посвятившего свою жизнь борьбе за равенство, образование и права человека для народности рохинджа в Мьянме», — говорится в сообщении «Авроры»в Twitter.


В общей сложности Чжо Ла Аун провел в заключении за связанные с подачей прошений и мирными протестами «преступления» 12 лет, но это его не остановило. Чжо Ла Ан продолжает использовать свой опыт в области юриспруденции, чтобы добиться справедливости для миллионов притесняемых мусульман-рохинджа, многие из которых были вынуждены покинуть Мьянму. Ему не позволили присутствовать даже на похоронах собственной дочери. Несмотря на то, что его личная и общественная жизнь складываются весьма непросто, он неустанно помогает своему сообществу, которое преследуют власти родной страны.

Сообщество мусульман-рохинджа в Мьянме стало появляться в заголовках международных СМИ как «самое притесняемое меньшинство в мире» совсем недавно, однако юрист и правозащитник Чжо Ла Аун столкнулся с чудовищной реальностью преследования этой этнической группы еще в начале 1980-х годов. Рохинджа страдают от дискриминации, коррупции и системного неравенства, их всячески притесняют и применяют против них насилие. Вооруженный лишь знанием законов и железной решимостью поддержать своих братьев и сестер, Чжо Ла Аун ведет борьбу с неравенством на государственном уровне и помогает рохинджа добиться справедливости.

Проработав стенографистом 24 года, Чжо Ла Аун понял, что не может больше мириться с расовыми и религиозными предубеждениями, с которыми приходилось сталкиваться его народу: после принятия в 1982 году «Закона о гражданстве», не упоминавшего этническую группу рохинджа, они лишились гражданства страны, которую всегда считали родным домом. Этот и другие ему подобные дискриминационные акты сподвигли Чжо Ла Ауна выступить в защиту прав рохинджа, что дорого ему обошлось: в период с 1986 по 2014 его неоднократно арестовывали и помещали в тюрьму, а в общей сложности он провел в заключении более 12 лет. За это время его семья пострадала в финансовом плане, а сам Чжо Ла Аун был вынужден пропустить похороны старшей дочери, несмотря на неоднократные обращения его родных к властям.

Чжо Ла Аун на себе испытал негативные последствия предельно жестких ограничений, постоянно накладываемых на рохинджа. Этой этнической группе систематически отказывают в праве на получение образования и свободу перемещения. Инфраструктура в местах их проживания не обновляется. Рохинджа оказались всеми покинутыми, а их просьбы о помощи по большей части игнорируются.

В прошлом многие мусульмане – в том числе и те, что не относятся к рохинджа – занимали высокие и уважаемые посты в правительстве, полиции, правовой системе, системе здравоохранения, научных кругах и даже в армии. Однако, по словам Чжо Ла Ауна, правительство уже много лет отказывает мусульманам, претендующим на подобные должности, что серьезно ограничивает возможности рохинджа и нарушает их право на представительство. Все сообщество фактически находится в плену в родной стране: люди не могут свободно передвигаться, за ними, особенно не скрываясь, ведут слежку, а также конфискуют у них землю и вымогают деньги.

«Очень сложно найти хороших учителей – все образованные люди работают на НКО, где зарплаты выше. Большие проблемы со связью. Все дороги разбиты. В местах, где живут мусульмане, нет электричества, и я даже не мог добраться до собственной земли, – объясняет Чжо Ла Аун. – По дороге было два блокпоста. Если мне надо было поехать в город или в офис миграционной службы, мне приходилось получать разрешение органов безопасности, которые должны были выделить мне сопровождающих. Если они давали такое разрешение, я должен был выплатить им 25 000 кьятов [примерно 19 долларов США] на дорожные расходы».

И в такой ситуации оказался не только Чжо Ла Аун. Начиная с 1970-х годов почти миллион рохинджа покинули Мьянму, а многие из тех, кто остался, живут в лагерях для внутренне перемещенных лиц (ВНП) в Ситтве, столице штата Ракхайн, в опасных для жизни условиях.

«Мусульмане в Ситтве были сильно ограничены в правах после антимусульманских волнений 2012 года, – объясняет Чжо Ла Аун. – Я не могу спокойно работать. Не могу свободно перемещаться. Не могу говорить, о чем хочу. Власти не слушают меня, а правительство не интересуют наши страдания».

Многие утверждают, что в этих страданиях повинно само руководство страны. Правительственные войска не раз обвиняли в нарушении прав человека, в том числе в убийствах, изнасилованиях, похищениях и поджогах. Власти продолжают все отрицать.

Учитывая подобные обстоятельства, неудивительно, что Чжо Ла Аун в общей сложности отсидел за мирный, ненасильственный протест 12 лет. Впервые его арестовали, когда правительство попыталось отнять у рохинджа их земли, а юрист составил и подал официальное прошение о незаконности конфискации. За это он получил два года тюрьмы, откуда вышел только во время массовых демонстраций в 1988 году, когда она была разрушена заключенными.

Десятилетия спустя отсидевший еще несколько сроков заключения Чжо Ла Аун отказывается опускать руки. Он дарит своему сообществу надежду, неустанно работая над улучшением доступа к образованию для своих соотечественников – причем не только молодых. На его пути стоит немало препятствий: нужно найти деньги на зарплату учителям, мебель для школ и хотя бы самые простые средства передвижения. Но Чжо Ла Аун не сдается.

Его намерение бороться за образование вызвано пониманием того, как опасно для рохинджа не иметь доступа к знаниям. Если правительству удастся отказать этому этническому меньшинству в праве учиться, то дискриминировать рохинджа станет еще легче.  

«Власти давно хотят, чтобы мусульмане были неграмотными и, как следствие, бедными. Правительство проводит эту политику намеренно, чтобы у него была возможность обвинить необразованных мусульман в том, что они иммигранты из Бангладеш, – объясняет он. – [Необразованные] люди боятся задавать вопросы о своих правах».

Чжо Ла Ауну нелегко продолжать борьбу, но его семье пришлось еще тяжелее: пока он был в тюрьме, у них не хватало денег на еду и им было негде жить. «У моих детей не было достаточно одежды, книг и всего остального, не было даже зонтиков, чтобы ходить в школу», – вспоминает он.

Однако страдания его народа вынуждают Чжо Ла Ауна продолжать свою деятельность. Образование, с его точки зрения – ключевой элемент, способный разорвать порочный круг угнетения.

«Прежде всего, нам нужно больше учителей и инфраструктура, чтобы улучшить образование и здравоохранение, – замечает Чжо Ла Аун. – Без доступа к качественной медицинской помощи могут умереть от 500 до 1000 человек в год, но без образования за несколько лет вымрет вся община».

Показать больше
Back to top button