Никита Симонян: День рождения встречу очень просто…

Сегодня, 12 октября, известному советскому футболисту, победителю Олимпийских игр 1956 года в Мельбурне, а ныне вице-президенту Российского футбольного союза (РФС) Никите Симоняну исполняется 90 лет.

Большая часть карьеры Симоняна-игрока прошла в московском «Спартаке» (1949–1959 годы), с которым он четыре раза выиграл чемпионат СССР, дважды Кубок страны. Выступая за красно-белых, нападающий попал в состав сборной страны, с которой в 1956 году стал победителем Олимпийских игр в Мельбурне.

Симонян — легенда «Спартака», обладатель множества достижений, которые навсегда вошли в историю советского футбола.Из 160 своих голов за наш клуб Никита Павлович лишь два провел с пенальти. Остальные — с игры. Уникальное достижение! Симонян является автором двух «золотых» голов «Спартака» в союзном первенстве 1953 и 1956 года, а также «хрустального» гола в кубковом финале против «Торпедо» в 1958-м. А еще — рекордсменом «Спартака» по мячам, забитым за один чемпионат: 1950 году на счету прославленного бомбардира «Спартака» значилось 34 гола!

«Поскорее бы уже прошел этот юбилей! Понимаете, такое событие тоже стресс для меня, — признался в самом начале беседы с корреспондентом ТАСС Симонян. “Я уже не в том возрасте, чтобы как-то гулять и сильно праздновать. Поэтому день рождения встречу очень просто — на работе, а кто захочет поздравить, то пусть приходит в РФС».

За долгую жизнь в футболе Симонян играл за «Динамо» из Сухуми, а также московские «Крылья Советов» и «Спартак». В 34 года стал главным тренером красно-белых, проработав в столичном клубе 10 лет (1960–1972 годы, перерыв в два года с 1965-го по 1967-й). Он возглавлял также «Арарат» и «Черноморец». С 1977 по 1979 год руководил сборной СССР.

С 1990-го по 1992-й занимал пост заместителя председателя Федерации футбола СССР. После распада СССР и создания РФС был избран первым вице-президентом организации. Симонян работает в этом качестве по настоящее время.

Никита Симонян родился в 1926 году в городе Армавир, куда бежали его родители во время турецкого геноцида армян. Когда ему было четыре года, семья переехала в Сухуми, где будущий голеадор попал в свою первую футбольную школу — «Динамо».»Вначале ни о какой футбольной секции и речи не было, мы на улице с ребятами играли, сами находили площадки, — вспомнил Симонян. “Потом, когда уже стали чуть постарше, нашли с друзьями поле примерно в 12 километрах от дома, и вот туда мы выезжали группой рейсовыми поездами, так как электричек не было. Играли там целыми днями, пока сил хватало, а обратно возвращались уже пешком, так как поезда к этому времени уже не ходили».

Позже при футбольном клубе «Динамо» была организована спортшкола, отбором детей занимался полузащитник команды Шота Ломинадзе. Именно на пустыре он и заметил Симоняна и его друзей.

«В школу, помимо меня, взяли еще нескольких моих друзей. У нас была очень сильная команда: мы стали чемпионами Абхазии среди юношей, в дальнейшем многие футболисты стали профессиональными игроками. Кстати, меня в нашей команде ребята сами избрали капитаном», — отметил юбиляр.

Отец не поддерживал увлечение сына футболом. «Мой отец был сапожник, футбол знать не знал. Тогда не было нормального спортивного инвентаря, поэтому я рвал ботинки постоянно, и от папы постоянно получал «пятерню» по лицу. Он часто спрашивал, когда я брошу эту хулиганскую игру. Я чуть ли не плакал, а мама всегда успокаивала после таких разговоров. Но все же тяга к футболу оказалась сильнее папиной воли», —сказал Симонян.

Когда началась Великая Отечественная война, Симоняну было 14 лет. Его отец получил тяжелые ранения во время одной из бомбежек фашистами Сухуми.

Но даже война не отбила у него желания играть в футбол. «Мы продолжали играть, несмотря на военное положение.

После 16 лет проживания в Сухуми Никита Павлович переехал в Москву. В столицу его пригласили специалисты Владимир Горохов и Абрам Дангулов после игры «Крыльев Советов» с сухумским «Динамо», в которой нападающий забил гол. Отец не хотел отпускать сына, поэтому главному тренеру Дангулову лично пришлось уговаривать родителей.

В 1948 году из-за проблем с финансированием команда распалась, решением секретариата профсоюза («Крылья Советов» являлись командой профсоюзов) Симонян должен был перейти в «Торпедо», однако твердо решил для себя отправиться вслед за Гороховым и Дагуловым в «Спартак».

«Как-то рано утром за мной приехала машина, и меня привезли на завод ЗИЛ (тогда он назывался ЗИС). Меня отвели в кабинет директора Ивана Алексеевича Лихачева, который стал мне говорить: «Да за кого ты собираешься играть — за тряпичников («Спартак» принадлежал Промкооперации, в которую входили рынки — прим. ТАСС)? Надо играть за индустрию!» Но я ответил ему: «Иван Алексеевич, я все-таки хочу перейти в «Спартак». Он отпустил меня, но добавил, что обратно в «Торпедо» меня никогда не возьмут, даже если я стану лучшим игроком», — рассказал Симонян.

«Встретили меня в «Спартаке» очень хорошо, — вспомнил юбиляр. — Даже Василий Соколов, которому на тот момент было 38 лет, принял меня отлично. Поскольку я в первом сезоне забивал много мячей и команда выигрывала, то никакого негатива не было. Плюс по природе я очень застенчивый, тихий».

В 1951 году Симоняна приглашали в футбольную команду ВВС (Военно-воздушные силы), которую курировал сын Иосифа Сталина Василий. Однажды, когда нападающий находился в Кисловодске в отпуске, за ним приехал адъютант Сталина, который  в то время  был командующим Военно-воздушными силами Московского военного округа.

«Стали меня уговаривать поехать с ними, говорят, командующий прислал самолет и хочет, чтобы я играл за ВВС, — вспомнил юбиляр. — Я не представлял, что могу уйти из «Спартака», о чем им и сообщил. В итоге они меня повезли на госдачу, которая располагалась недалеко от санатория имени Орджоникидзе, уговаривали меня там по-всячески — я ни в какую, но в итоге применили другой способ».

«В общем, напоили они меня, — продолжил рассказ Симонян. — По пьяному делу я согласился поехать в Москву к Сталину. «Я поклялся прахом своей матери, что ты будешь играть в моей команде», — начал он разговор со мной. Я не понимал до конца, что может последовать за моим отказом, насколько он могущественный человек и как он мог со мной расправиться, но знал четко другое: я не уйду из «Спартака». Поэтому я ответил ему, что хочу остаться в команде, аргументировав это тем, что я состоялся в этом клубе как игрок и что меня все устраивает в команде».

Именно своей честностью Симонян подкупил сына Сталина. «Он мне ответил: «Ты сказал мне в глаза правду, за это я тебя уважаю. Иди и играй за свой «Спартак», но знай, что в любое время ты можешь ко мне обратиться, и я приму тебя с распростертыми объятиями. Спасибо за правду».

После «Спартака» Симонян возглавил ереванский «Арарат», с которым в первый же год взял дубль — чемпионат и Кубок СССР (1973 год). «На тренерском мостике несравнимо тяжелее, — признался собеседник ТАСС. — Когда ты игрок, ты отвечаешь за себя, а когда тренер — за всю команду. Если мой игрок не забил пенальти или стопроцентный момент, виноват я. Мы проиграли — опять виноват я. Но тренерская работа — это режиссура, и это безумно интересно».

Самым важным достижением в своей жизни вице-президент РФС считает победу на Олимпийских играх в 1956 году. «У меня было много титулов и как у игрока, и как у тренера, но Олимпийские игры — это совсем другое. Но есть у меня еще три общественные награды, которые я считаю для себя выше всех: это олимпийский орден, орден ФИФА и орден УЕФА. Получив их, я понимаю, что прожил свою жизнь не зря!»